На главную
www.Mini-Portal.ru

..

НОВОСТИ:
..........................................

   HardWare.

   Интернет.

   Технологии.

   Телефоны.

   Нетбуки.

   Планшеты.

   Ультрабуки.
..............................

.............................................

Поиск по сайту:

.............................................

.............................................

.............................................

Архив новостей:
..........................................

.............................................

Яндекс.Погода.
Философия на mini-portal.ru
Далее:  Заключение >>

ГЛАВА IV. КОНВЕНЦИОНАЛИЗМ – СОВРЕМЕННОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ФИЛОСОФСКОЙ
МЕТОДОЛОГИИ НАУКИ

  Таким образом, существуют самые различные точки зрения по вопросу о соотношении детерминизма и причинности. Их существование указывает на то, что на страницах философской  и физической литературы обсуждение этого вопроса продолжается, пожалуй, еще с большей остротой, чем прежде. Открытия в области естествознания, физики в первую очередь, привели к дальнейшему развитию этой концепции, к изменению содержания понятий «детерминизм» и «причинность», к вопросу об их соотношении, к появлению новых подходов к решению этого вопроса. Например, на первом этапе развития физики, когда особое положение занимала механика, и понятие причинности имело механическую окраску, понятие причины связывалось с понятием силы. Причинность приобретает характер жесткого и однозначного детерминизма, что в общем виде было выражено Лапласом.
Новые формы причинности начинают появляться уже вместе с развитием термодинамики и статистической физики, а особенно – с развитием квантовой механики. Возникновение и развитие квантовой механики показало, что она не содержит в себе строго детерминированного описания элементарных явлений, как это было в классической физике. В этих условиях, когда стало ясно, что не всегда одинаковые причины приводят к одинаковым следствиям, мнения ученых о характере причинной связи в микромире разделились. Возникла необходимость разграничения понятий «детерминизм» и «причинность», выяснения вопроса об их соотношении. И в настоящее время можно выделить, по крайней мере, четыре точки зрения по этому вопросу (все они были рассмотрены выше). Разногласия в истолковании этих понятий обусловлены, во-первых, различными философскими позициями; во-вторых, различным пониманием их содержания.
Уже отмечалось, что пересмотр содержания понятий «детерминизм» и «причинность» связана, прежде всего, с развитием физики, хотя и само ее развитие во многом зависит от правильного понимания причинной связи. Можно полностью согласиться с М.Э. Омельяновским, который считает, что «дальнейшее проникновение человеческого познания в глубь материи открывает ныне и откроет в будущем новые, еще более глубокие и общие связи, которые не входят в область применимости квантовой механики, как свидетельствует развивающаяся физика элементарных частиц, и соответственно подвергнется новому изменению содержание понятий причинности, порядка, закона в физике» [356: 126]. Развитие современной физики привело к изменению содержания этих понятий, а также к отказу от традиционного понимания детерминизма и причинности. По нашему мнению, точка зрения, рассматривающая детерминизм и причинность как нетождественные друг другу понятия, является наиболее адекватной современному уровню развития физики.
Как мы попытались показать, понимание причинности и детерминизма не является произвольной игрой ума или построением чисто логических возможных вариантов, а связано с определенным этапом развития философии и науки. Отсюда историчность и объективность этих понятий и, соответственно, тех конвенций, которые связаны с ними. Как мы показали выше на примере различного истолкования причинности и детерминизма, в нашем знании с необходимостью присутствует конвенциональный элемент, обусловленный диалектикой познания, и эта диалектика, в частности, выражается в том, что с углублением познания наблюдается рост веса конвенционального элемента в научном знании. Но это не рост произвола чистого мышления, а напротив – увеличение объективной истинности научного знания.

В заключение отметим, что в данной главе мы попытались дать позитивную разработку проблемы роли конвенций в научном познании. Основной целью данной главы была попытка выявить основные виды конвенции, показать их значимость и объективный характер. В частности, было показано значение конвенционального характера научных терминов и построения концептуального аппарата науки, как в общеметодологическом плане, так  и на конкретной проблеме.
Проведенное исследование позволило получить результаты, которые, по мнению автора, могут претендовать на определенную степень новизны и содержательной интерпретации.
Как показано в общеметодологическом плане и на примере различного истолкования причинности и детерминизма в научном знании с необходимостью присутствует конвенциональный элемент, обусловленный диалектикой познания, и эта диалектика, в частности, выражается в том, что с углублением познания наблюдается рост удельного веса конвенционального элемента в научном  знании. Но это не произвол чистого мышления, а объективная характеристика научного познания.
Показано, что конвенция играет важную роль в процессе научного поиска и в построении теории, и вполне возможно, что позитивная разработка данной проблемы приведет к признанию методологическим сознанием конвенции как общенаучного метода.
Основные итоги проведенного исследования можно резюмировать следующим образом:
1. Дан обобщенный критический анализ конвенционалистской методологии науки, показаны специфические особенности, отличающие ее от других направлений философии науки. Показана закономерность появления конвенционалистской методологии науки на рубеже XIX – XX вв. Выявлены те философские и общенаучные факторы, которые послужили объективным основанием для возникновения и развития конвенционализма. К ним относятся: философские – кризис естественнонаучного материализма в его наивно-созерцательной форме, неудачи методологических программ классического эмпиризма и рационализма, распространение и усиление влияния идей априоризма, иррационализма, агностицизма; общенаучные – возрастание абстрактности и степени общности естественнонаучных теорий, постоянное и сознательное использование гипотезы в качестве необходимой и важнейшей формы научного знания, динамичное и резкое изменение понятийного аппарата науки, осознание конвенционального характера языка науки и семантики научных терминов, осознание неоднозначного характера связи теории и факта, резкое возрастание числа конкурирующих теорий, описывающих один и тот же круг эмпирических данных.
2. Выделены и проанализированы основные версии конвенционалистской методологии науки, показаны их специфика, проблемность, недостатки и на этой основе намечены пути позитивной разработки роли конвенций в научном познании. Среди проанализированных версий – умеренный конвенционализм А. Пуанкаре, геохронометрический конвенционализм А. Грюнбаума, «радикальный конвенционализм» К. Айдукевича, «принцип терпимости» Р. Карнапа, конвенционализм решения К. Поппера, критический конвенционализм И. Лакатоса. Для выделения и классификации основных направлений конвенционалистской методологии науки предлагается следующий критерий – выделение основных разновидностей конвенции: семантической, эмпирической и теоретической. Показано, что признание одной из разновидностей конвенций ведет с необходимостью к признанию других разновидностей конвенций.
А. Пуанкаре распространяет конвенционалистскую точку зрения с известными оговорками и недомолвками, как на теоретический, так и на эмпирический уровни научного познания, а также на область научного языка, но снизу – детерминация «сырыми» фактами и инвариантными связями этих фактов, и сверху – синтетические суждения априори, интуиция и требование непротиворечивости ограничивают произвольность принятия соглашений. Эти ходы мысли прослежены и у других представителей.
А. Грюнбаум, подчеркивая роль конвенции на эмпирическом уровне исследования при выборе единиц измерения и в процессе измерения, приходит к признанию конвенциональности на теоретическом уровне и дает конвенционалистскую трактовку физических законов.
К. Айдукевич преувеличивает значение конвенционального характера научных языков и семантики научных терминов. В силу этого теоретический и эмпирический уровни научного знания оказываются полностью конвенциональными.
Р. Карнап, осознав, что последовательное развертывание «принципа терпимости» в методологическую доктрину потребовало бы признания того факта, что все научное знание является чисто конвенциональным построением, отказывается от конвенционализма как методологической доктрины, но тем не менее сохраняет ряд конвенционалистских установок. Они проявляются у Карнапа в отношении к языку науки, к концептуальному аппарату теории, к проблеме построения теоретических систем, классификации научных понятий, к проблеме выбора и определения единиц измерения и т.д.
По мнению К. Поппера, эмпирический базис науки полностью конвенционален, и в силу этого он вынужден признать теоретические положения конвенциональными построениями.
И. Лакатос распространяет конвенционалистский подход на всю методологию, и это вынуждает Лакатоса характеризовать теоретическое знание как конвенциональное построение, что в свою очередь детерминирует конвенциональность эмпирии.
3. Выделены основные разновидности конвенций: семантическая, эмпирическая, теоретическая. Показана необходимость семантической конвенции для естественных и научных языков, для выполнения ими познавательной и коммуникативной функций. Показана роль семантической конвенции в процессе построения научного языка, концептуального аппарата теории, в процессах формализации научного знания и формирования эмпирических оснований науки. Семантическая конвенция представлена как составная часть познавательного образа. Выяснено ее значение для формулировки в явном виде  тех конвенций, которые принимаются на эмпирическом и теоретическом уровнях научного познания. Показана роль, необходимость и значение семантических, эмпирических и теоретических конвенций в процессе познания, а также их роль в процессе взаимодействия эмпирического и теоретического уровней научных теорий и их связей с объективной действительностью.
Выделена противоположность семантической конвенции – метафора. Показаны ее специфика, значение в процессе реализации познавательной и коммуникативной функций языка. Показана необходимость взаимодополняемости конвенций и метафор для функционирования познавательного образа. Как было выяснено, в науке конвенциональный и метафорический характер используемых там терминов может быть скрыт. С очевидностью он проявляется: 1) в процессе общения и понимания учеными друг друга, приведения в соответствие индивидуального языка (идиолекта, тезауруса) с общепринятыми нормами и правилами; 2) в процессе обучения и профессиональной подготовки молодых ученых, когда заложенные в метафорических выражениях аналогии и ассоциации со смыслом слов естественного языка помогают освоиться с существенно новым и непривычным видом реальности, когда четкое выявление семантических конвенций помогает понять специфику новых теоретических объектов, семантическую нагруженность новой терминологии; 3) в процессе работы над новыми оригинальными проблемами, когда встает задача вербального выражения и понимания не встречавшихся прежде (открытых или сконструированных) теоретических объектов и эмпирически зафиксированных свойств. В этом случае приходится задумываться над смыслом термина. Обнаруживается метафорический характер используемых ранее языковых средств, что создает дополнительные трудности для интерпретации новых терминов, адекватных описываемой реальности. Но конвенциональный характер семантики научных терминов создает объективную предпосылку для разрешения этих трудностей; 4) когда научные теории обнаруживают скрытые дотоле противоречия. Они не в последнюю очередь обусловлены метафорическим характером многих научных выражений, наличием в них неявных конвенций.
Показано, что конвенциональное и метафорическое использование слов создает возможности для сохранения непрерывности семантической системы.
Метафора как элемент наглядности, с одной стороны, и конвенция, ведущая к нахождению и формулировке в явном виде релятивных моментов познания, с другой стороны, являются формой и средством связи чувственного и рационального в научном познании, что служит основанием для формирования в сознании познающего субъекта целостного, пульсирующего, познавательного образа.
4. Проанализированы место и значение семантических, эмпирических и теоретических конвенций для разработки различных подходов к проблемам причинности и детерминизма, как на философском, так и на конкретнонаучном (физическом) уровнях методологии. Показано, что семантические конвенции, хотя они и являются наиболее простой разновидностью конвенции, играют существенную роль в научном познании, так как эта конвенциональность существует не сама по себе, вне теории, а связана с ней.
Различные подходы к пониманию причинности и детерминизма требуют специфичную для них нагруженность понятий, в частности, понятий причинности и детерминизма. В свою очередь, семантика научных понятий является выражением объективных референтов только в рамках определенного понимания причинности и детерминизма. Необходимо выделять, даже в рамках единого подхода к причинности и детерминизму, различные уровни концептуального выражения одного и того же эмпирического референта. Конвенциональность семантики научных терминов связана с отражением конвенциональных образований на эмпирическом и теоретическом уровнях познания.
Показано, что при принципиально общих исходных позициях в философской литературе выработаны различные трактовки детерминизма и причинности. Выделены четыре подхода к решению вопроса об их соотношении: 1) объемы понятий «детерминизм» и «причинность» полностью совпадают, т.е. принцип детерминизма тождественен принципу причинности; 2) объемы понятий «детерминизм» и «причинность» совпадают лишь частично; 3) принцип детерминизма уже принципа причинности; 4) принцип детерминизма шире принципа причинности. По мнению диссертанта, точка зрения, рассматривающая детерминизм и причинность как не тождественные друг другу понятия, является наиболее адекватной современному уровню развития физики.
Различное понимание причинности и детерминизма не является произвольной игрой ума или построением чисто логически возможных вариантов, а связано с определенным этапом развития философии и науки. Отсюда историчность и объективность этих понятий и, соответственно, тех конвенций, которые связаны с ними.


Далее:  Заключение >>

Все права защищены © Copyright
Философия на mini-portal.ru

Проявляйте уважение!
При копировании материала, ставьте прямую ссылку на наш сайт!