На главную
www.Mini-Portal.ru

..

НОВОСТИ:
..........................................

   HardWare.

   Интернет.

   Технологии.

   Телефоны.

   Нетбуки.

   Планшеты.

   Ультрабуки.
..............................

.............................................

Поиск по сайту:

.............................................

.............................................

.............................................

Архив новостей:
..........................................

.............................................

Яндекс.Погода.
Философия на mini-portal.ru
Далее:  Глава 2, п.1(2) >>

Глава 2.

Конвенционалистская эпистемология.

 1. Гносеологические корни конвенционализма.

Конвенционалистская трактовка природы научного знания явлется одной из весьма влятельных эпистемологических парадигм в современной философии науки. Как уже было отмечено выше, основоположником конвенционализма был крупный французский ученый конца XIX – начала ХХ вв. Анри Пуанкаре. Хотя его философские труды [см.: 1-7] и удалены от современности почти на столетие, однако, их вляние на современную философию науки, а также на самосознание ученых по-прежнему велико. Многие положения Пуанкаре были не только восприняты современными конвенционалистами, но и далее ими развиты. В начале ХХ века крупный вклад в разработку конвенционализма был сделан также известным франкоязычным историком и методологом науки Пьером Дюгемом [см.: 8]. Среди основных версий неоконвенционализма можно указать на следующие: конвенционалистская трактовка Карнапом природы логико-математического знания [см.: 9, 10, 11-19], доктрина “радикального конвенционализма»…..
Появление конвенционализма не было случайным: оно имело предпосылки и причины как философского, так и общенаучного характера. На возникновение и становление конвенционализма оказали существенное влияние, прежде всего, изменения в мировоззренческом, философском “климате”, происшедшие в конце XIX – начале ХХ вв.
Во-первых, эти изменения были связаны с кризисом естественнонаучного материализма в его наивно-созерцательной форме. Наивно-стихийный материализм не выдержал столкновения с новыми реальными фактами, выявившимися в ходе развития науки: появлением множества гипотез, относящихся к одной и той же эмпирической области, стремительным ростом различного рода теоретических построений в науке, резкой ломкой устоявшихся фундаментальных научных понятий и принципов. В качестве наиболее ярких примеров можно указать на революционные преобразования, которые произошли на рубеже XIX – ХХ вв. в двух важнейших отраслях знания – физике и математике. Это создание специальной теории относительности, квантовая гипотеза Планка, обнаружение радиоактивности и превращения одних химических элементов в другие – в физике; создание многочисленных систем неэвклидовой геометрии, разработка теории множеств и открытие в ней парадоксов – в математике.
Во-вторых, существенную роль в возникновении конвенционалистской методологи науки сыграло то обстоятельство, что оказались несоответствующими умонастроениям ученых того времени как эмпирико-индуктивистские (Д. Гершель, Д.С. Милль), так и рационалистские (Гегель, неокантианцы) системы обоснования научного знания. Конвенционалистская методология возникла как одна из альтернатив оказавшимся несостоятельными классическим методологическим программам  эмпиризма и рационализма.
Существенное влияние на возникновение и развитие конвенционалистской эпистемологии оказали реальные особенности развития и строения научного знания, выявившиеся в науке  конца XIX – начале ХХ вв.
В качестве первой и главной особенности можно отметить резкое возрастание абстрактности и степени общности естественнонаучных теорий. Отдаление научно-теоретических построений от реальности усиливало представление о возможной независимости теории от опыта и научной практики. Конвенционалисты осознали этот факт возрастания относительной самостоятельности теории по отношению к опыту и сделали отсюда вывод, что научные теории в достаточно слабой степени детерминируемы опытомю С точки зрения процесса своего открытия научные теории суть не что иное как результат свободного мыслительного творчества ученых ( мысленного конструирования), а с точки зрения оснований своего принятия они суть не что иное, как результат конвенции. Так, Пуанкаре в этой связи писал, что приложимые к совокупности различных процессов природы «постулаты сводятся, в конце концов, к простым конвенциям. Эти конвенции мы вправе устанавливать, так как заранее уверены, что никакой опыт не окажется с ними в противоречии» [1, с. 140]. В еще более сильной форме кредо конвенционализма сформулировал позднее известный польский логик К. Айдукевич: «Основное положение обыкновенного конвенционализма, представителем которого является, например, Пуанкаре, заключается в том утверждении, что существуют проблемы, которые опыт не в состоянии решить, пока не будет введена произвольно принятая конвенция.… В настоящем исследовании мы намереваемся обобщить и радикализировать это положение обычного конвенционализма. А именно, мы хотим выдвинуть и обосновать утверждение, что не только некоторые, но и все суждения, которые мы признаем и которые составляют все наше изображение мира, не являются еще однозначно определенными через данные опыта, а зависят от выбора понятийной аппаратуры, с помощью которой мы отображаем данные опыта. Эту понятийную аппаратуру мы можем, однако, избрать такой или другой, благодаря чему меняется и все наше изображение мира» [21, с. 259-260].
Как известно, процесс математизации научного знания,особенно естественнонаучных теорий,начало которому было положено еще в 17 веке работами Г.Галилея, Р.Декарта, И.Нютона, И.Кеплера и др., к концу 19 века радикально изменило все естествознание, полностью преобразовав язык его теорий. С распространением в науке математических методов и методов связано, к примеру, то обстоятельство, что одна и та же математическая теория может быть применена для описания совершенно различных областей действительности. В частности, в теории функций комплексного переменного ?v связана с явлениями тяготения, света, звука, теплоты, магнетизма, электростатики, электрического тока, электромагнитного излучения, морских волн, полета самолета, колебания упругих тел и строения атома. Одна теория имеет двенадцать различных приложений [см.: 46, с. 8]. Такое разнообразие приложений одной и той же математической теории формирует философскоэпистемологическую установку, согласно которой в принципе символизм математики является произвольным (ибо математик придерживается не эмпирических, а лишь внутриматематических и логических критериев – непротиворечивости, полноты, и т.д.), и что именно математика придает и даже навязывает конкретную однозначную упорядоченность неоформленной хаотической действительности.
Второй особенностью научного познания второй половины XIX – начала ХХ вв. было постоянное и сознательное использование учеными гипотезы в качестве необходимой и важнейшей формы научного знания. Выдающиеся естествоиспытатели того времени М. Фарадей, Д. Максвелл, Л. Больцман, А. Эйнштейн подчеркивали, что нет абсолютной грани между гипотезой и вырастающей из нее теорией, в том числе и общепризнанной. И об этом убедительно свидетельствует реальный опыт развития науки. «Всякое обобщение, – писал А. Пуанкаре, - суть гипотеза. Поэтому гипотезе принадлежит необходимая, никем никогда не оспаривавшаяся роль. Она должна лишь как можно скорее подвергнуться и как можно чаще подвергаться проверке» [5, с. 97].
После построения и проверки теории ее исходные положения, по мнению конвенционалистов, должны рассматриваться как определения (т.е. как аналитические утверждения). Их выбор хотя и не абсолютно произволен, но в первую очередь зависит от ценностно-методологических установок ученых, таких, например, как удобство, простота и т.п., а отнюдь не от содержания изучаемых объектов. Конечно, и в конце 19 века далеко не все ученые разделяли подобные взгляды. Так, известный физик Л. Больцман писал: «Простейшее размышление учит нас, что безнадежно трудно наткнуться на верную картину мира посредством одних только высосанных из пальца предположений. Такая картина образуется очень медленно посредством приспособления отдельных удачных идей» [47, с. 122].
Согласно конвенционалистской методологии, фундаментальные теории принципиально не опровергаемы, поскольку ученые, защищающие научные теории, всегда при необходимости могут так их перестроить или переинтерпретировать противоречащие им результаты экспериментов, что последние окажутся их подтверждением. Но если принять подобную методологическую установку конвенционалистов, то возникает ряд серьезных философских проблем с объясненем таких неоспоримых фактов в процессе реального развития науки как исключения старых и введением новых теорий.

Далее:  Глава 2, п.1(2) >>

Все права защищены © Copyright
Философия на mini-portal.ru

Проявляйте уважение!
При копировании материала, ставьте прямую ссылку на наш сайт!